Алексей Сомов
ЧЕТВЕРТАЯ ГОДОВЩИНА
Илье
Смерть пахнет как сирень, замешенная с медом,
а глиняная плоть рассыпчата, ломка.
Ко мне пришел пацан, пришел себе и смотрит
сквозь полумаску Человека-паука.
Он курит в кулачок, с оглядкою, как злостный
прогульщик и бандит — он курит, бог ты мой!
Сквозь зубы сплевывает длинно, будто взрослый
и говорит: бери сирень, пошли домой.
Мой мальчик повзрослел на смерть, четыре года
и невернадцать дней, я все забыл давно.
Теперь он на других широтах и долготах
живет вниз головой, как супермен в кино.
И словно бы не я слепил тебя из праха.
И словно это я четыре года мертв.
И зачерствелый хлеб, и молодая брага,
и волосы воды, и пот, и дикий мед —
все пахнет об одном, легко, тревожно, гнило,
и день в прогале штор некстати рассинел.
Хоть это не забыть: июнь, сухая глина
и смертная сирень.
http://www.promegalit.ru/publics.php?id=6181
via
me_ga_lit
ЧЕТВЕРТАЯ ГОДОВЩИНА
Илье
Смерть пахнет как сирень, замешенная с медом,
а глиняная плоть рассыпчата, ломка.
Ко мне пришел пацан, пришел себе и смотрит
сквозь полумаску Человека-паука.
Он курит в кулачок, с оглядкою, как злостный
прогульщик и бандит — он курит, бог ты мой!
Сквозь зубы сплевывает длинно, будто взрослый
и говорит: бери сирень, пошли домой.
Мой мальчик повзрослел на смерть, четыре года
и невернадцать дней, я все забыл давно.
Теперь он на других широтах и долготах
живет вниз головой, как супермен в кино.
И словно бы не я слепил тебя из праха.
И словно это я четыре года мертв.
И зачерствелый хлеб, и молодая брага,
и волосы воды, и пот, и дикий мед —
все пахнет об одном, легко, тревожно, гнило,
и день в прогале штор некстати рассинел.
Хоть это не забыть: июнь, сухая глина
и смертная сирень.
http://www.promegalit.ru/publics.php?id=6181
via
no subject
Date: 2012-11-30 02:28 pm (UTC)